Холод века

Николай Иванович Коновской родился в 1955 году в селе Варваровка Алексеевского района Белгородской области. Служил в армии, работал на заводе, стройках, в охране РЖД. Окончил Литературный институт им. А.М. Горького.
Печатался в журналах «Москва», «Молодая гвардия», «Наш современник».
Автор книг «Равнина» (1990), «Твердь» (1990), «Зрак» (2004), «Врата вечности» (2005), «Тростник» (2010).
Член Союза писателей России.
Живет в Москве.


Крымская полынь

Солнце палящее. В девственной царственной сини
Время теряется и очертания гор.
Горькой усладою — запахом крымской полыни
Воздух напитан и весь поднебесный простор,

Духом, врачующим ожесточенье и горе...
Ветер сгущается, гибкую клонит лозу.
Мир — словно вымер, и только бескрайнее море,
Вещее море шумит неустанно внизу.

Эхо далекое длит нарастающий рокот
Передвигаемых дланью незримой громад...
Солнце да море лишь, да несмолкаемый стрёкот,
Страстное пение и упоенье цикад...

Вот и достигли мы верха скалистого мыса.
За руки взявшись, над синею бездной стоим —
Здесь, где божественный запах полыни разлился,
С вечностью слился и с ровным дыханьем твоим!


Монастырь Св. Климента

1

Там подвиги, что не видны
Глазам случайным.
Там келии иссечены
В обрыве скальном.

Там не тревогою земной,
Враждой иль пиром, —
Там вечной дышит тишиной
И Божьим миром...

Доносится глухая песнь —
Иль море ропщет?..
Там главная святыня есть —
Климента мощи.


2

Тому почти две тыщи лет,
С Траяном в споре,
Был с адской злобою Климент
Утоплен в море.

Душой он к Богу восходил
О всех в заботе,
А телом упокоен был
В подводном гроте.

Но, словно отблеск грозовой,
Из ниоткуда —
Раз в год, в день памяти его,
Случалось чудо:

Громадное, за пядью пядь,
В послушной мощи,
Откатывалось море вспять,
Являя мощи

Для страждущей Тавриды всей,
Как свет во мраке...
И вновь скрывало их в своей
Бездонной раке...


Будущей жизни язык...

Тает свеча восковая.
Прячется в тучи звезда.
Ветер шумит, не смолкая.
Старая дача — пуста.

Летние коротки ночи:
Вспыхнули — не уследишь!
Дождик о чем-то лопочет,
Ты что-то мне говоришь.

Сонного бора вещанье,
Птицы рассерженный крик...
Кто-то сказал, что молчанье —
Будущей жизни язык.

Даже не слушая, слышу...
Может быть, это — любовь,
Что созерцания выше,
И разуменья, и слов?..


Вот и блаженное лето прошло

Жаром студило и холодом жгло —
Вот и блаженное лето прошло.

Вот и короткое лето прошло,
Стало вокруг первозданно голо:

Смотрится в душу сквозь сетку ветвей
Мир, обнаженный до сути своей.

В волглой бездонности стынет ветла —
Красное лето сгорело дотла.

Перетирается в пепел и прах
Прошлое — на леденящих ветрах.

В сонной реке замерзает вода.
Красное солнце плывет в никуда.

Эхом оборванным дрогнула нить —
Сердце, которое не возвратить.

С лихом дружилось и с горем везло...
Красное лето, сгорая, ушло.


Листопад

Водный блеск — как блеск холодной стали.
Налетевший ветер — не вздохнуть.
Острие неведомой печали
Леденисто проникает грудь.

Долгим вздохом облетают кроны...
Где-то здесь, невидимая, ты...
Листопад таинственно хоронит
Наши одинокие следы.

Стелется, сходя огнем на воды,
Тихий сон смирившейся листвы...
Осень! Долгожданная свобода
От людей, и  страсти, и молвы.

Здесь ли ты, иззябнувшая, рядом,
В сердце и смятении моем,
Дышишь обнаженным листопадом,
Греешься струящимся огнем?..


Вьюга, вьюга...

Сквозь тоску и городскую вьюгу,
Утопая в снеговой пыли,
Наугад и друг навстречу другу
Мы в потоке нелюдимом шли.

В мирозданье заметенных улиц,
В снеговой пустыне, как в бреду,
На ходу столкнулись, разминулись...
Оглянулись, на свою беду.


Ангел мой, радость моя...

Жить бы, бесстрастно приемля
Мир, — как над полем звезда...
День убывает. На землю
Скоро придут холода.

Птицей рассветною пела,
Только, тревогу тая,
Что ты в грядущем узрела,
Ангел мой, радость моя?..

Сумраком дышат овраги.
Лето — зови не зови!
Все, что к смиренью и благу,
Господи, благослови!

Душу сжигавшие страсти
Время сотрет без следа...
Похолодеют запястья.
Заледенеет вода...

И на угрюмом просторе,
Диком просторе пустом
Сердце — очистится горем,
Реки — очистятся льдом.


Мы, за руки взявшись...

Осенние клонятся нивы,
Но горним садам не отцвесть.
Сегодня с тобою мы живы,
А завтра что будет — Бог весть.

От страстной беды не избавлю,
Терзая себя и виня,
Но только тебя не оставлю,
И ты  —  не оставишь меня.

Земную прорвав оболочку,
Свободен от мрачных тенет,
В какую-то страшную точку
Сужается режущий свет...

Как будто, избывши неволю,
В недвижно-пустой окоём
С тобою по минному полю
Мы, за руки взявшись, идем...


Три березы под твоим окном

Было все — безгрозие и грозы,
Был обжитый непокоем дом,
Где встречали белые березы,
Три березы под твоим окном.

На каком-то неземном пределе,
В поздний вечер или поутру —
Как они плескали и шумели,
Как листвой стелились на ветру!

Как они незаходящим летом
В сердце, преисполненном тобой,
Влажным шумом и зеленым светом,
Певчей негой — пеленали боль!..

Из безмолвья выплывают лица.
Все нашел, а счастье потерял...
Помнишь, как перед тобой излиться
Я березам передоверял?..

Холод века иссушает слезы...
Но, тревожным лишь забудусь сном, —
Все шумят высокие березы,
Три березы под твоим окном!
 







Сообщение (*):

Комментарии 1 - 0 из 0